В старом аквариуме на подоконнике жили игрушки, которые упали туда давным-давно и остались насовсем. Днём они лежали тихо, как полагается пластмассовым, а ночью, когда в комнате гас свет, оживали и шли по своим делам. Вода у них была густая, как кисель, и ходить по дну приходилось с усилием — зато настоящие рыбы проплывали мимо, будто толстые дирижабли, и никого не замечали.
Гордостью аквариума была башня из синих стеклянных кубиков. Её сложил Водолаз в оранжевом костюме — тот самый, у которого в шлеме трещина, и оттуда каждую секунду вылетал блестящий пузырь.
И вот однажды утром Водолаз подошёл к башне и замер. Верхнего ряда не было.
— Кто?! — булькнул он и чуть не проглотил собственный пузырь.
На шум приковыляла Утка. Она не плавала, как порядочные утки, а топала по дну, потому что внутри у неё застрял железный болт. Из-за болта она всегда ходила вперевалку и немного сердито.
— Опять кубик? — спросила Утка, глядя на башню своими кривыми нарисованными глазами. — Это уже третий раз.
Решили караулить. Спрятались за пластиковым папоротником и стали ждать. Сначала приплыл усатый сом, всосал один кубик — и тут же выплюнул обратно, будто обжёгся.
— Не он, — шепнула Утка. — У него морда честная.
На вторую ночь они пошли по течению к фильтру и нашли за ракушкой целый тайник: скрепку, кусок мела, зелёный колпачок. Кубиков там не было.
— Странно, — сказал Водолаз. — Кто-то собирает всё подряд, но кубики ему зачем-то особенно нужны.
На третью ночь устроили ловушку. Положили перед башней красную пуговицу, а сверху повесили сетку из зелёных ниток. Сели ждать.
И тут Утка запнулась о свой же тяжёлый живот и — бух! — сама угодила под сетку.
— Я так и знала, — проворчала она, барахтаясь.
А из тёмных водорослей, пока Водолаз распутывал Утку, выплыла заводная лягушка с ржавым ключом на спине. Она схватила красную пуговицу и стала неуклюже пихать её себе куда-то между лопаток. Рядом с ней аккуратной стопочкой лежали все пропавшие синие кубики.
Водолаз подплыл поближе и увидел: у лягушки в спине пустое место — там, где должна быть шестерёнка. Лягушка пыталась вставить туда то кубик, то пуговицу — и ничего не подходило.
— Она не воровка, — тихо сказал Водолаз. — Она сломанная.
Утка посмотрела на лягушку, потом на свой круглый живот. Внутри у неё что-то ёкнуло — будто тот самый болт шевельнулся.
— Постой-ка…
Утка затрясла головой так сильно, что пузыри пошли во все стороны. Открыла клюв — и на дно со звоном выпал железный болт. Тот самый, из-за которого она всю жизнь топала, а не плавала.
Водолаз поднял болт и осторожно вставил лягушке в спину. Ключик повернулся — щёлк — и лягушка сделала ровный, красивый прыжок. Первый в жизни.
Потом она помогла перенести все синие кубики обратно. А Утка вдруг оттолкнулась от дна — и впервые в жизни всплыла. Оказалось, без болта она лёгкая. Оказалось, она всё-таки умеет плавать.
