Жил-был лисёнок. Рыжий, маленький, с острым носиком. И он ужасно любил прятаться. Особенно от мамы-лисы.
Вот однажды мама сказала:
— Лисёнок, пойдём листья в нору таскать, а то ночью холодно.
А лисёнок подумал: «Спрячусь так, что мама ни за что не найдёт. Вот будет смешно!» И залез в самую большую кучу сухих листьев. Сел там. Сидит тихо-тихо. Даже дышать старается по чуть-чуть.
Мама ходит рядом, зовёт:
— Лисёнок! Ты где?
А лисёнок смотрит сквозь дырочку между листьями и улыбается. Вот она, мама. А он тут. И она его не видит. Вот это игра!
Мама прошла мимо кучи. Потом ещё раз. Лисёнок чуть не захихикал. Один сухой лист прилип к его носу и щекотал. Лисёнок терпел.
А потом мама остановилась у норы. Села на землю. Уши у неё опустились. Она вздохнула и тихо сказала, будто сама себе:
— Ну где же ты? Я зову, зову... а ты не отзываешься. Может, ты ушёл?
Лисёнок перестал улыбаться. Он смотрел на маму. Ему вдруг стало не смешно. Мама сидела у входа в нору и не смотрела по сторонам, как раньше. Она смотрела на землю.
Лисёнок хотел вылезти. Но колючий стыд прижал его к листьям. Как выйдешь теперь? Ведь он слышал, как она звала, и молчал.
Мама встала. Отряхнула лапы. Голос у неё был тихий и совсем не весёлый:
— Пойду за ручей. Вдруг он туда убежал.
И лисёнок понял: сейчас она уйдёт. И это уже не игра. Она правда не знает, где он. Правда тревожится. И если она уйдёт за ручей, он останется тут один, в листьях, и не сможет её догнать.
Он хотел крикнуть: «Мама!» — но лист защекотал нос так сильно, что лисёнок как чихнёт:
— Апчхи!
Листья разлетелись во все стороны. Лисёнок выскочил сам — лохматый, на макушке лист, на носу лист.
Мама обернулась. Сначала замерла. А потом бросилась к нему:
— Лисёнок! Ты здесь! Я думала, ты ушёл!
Она обняла его лапами, прижала к себе. Лисёнок зарылся носом в её тёплую шерсть.
— Прости, мама, — прошептал он. — Я не уходил. Я прятался. Хотел, чтобы ты меня поискала.
Мама чуть отодвинула его, посмотрела в лицо. И вдруг улыбнулась:
— Ах ты хитрец. Ну и напугал ты меня. Я уже шагнула к ручью. — И она засмеялась. Сначала тихо, потом громче. — А знаешь, как ты сейчас выглядел? Весь в листьях, на носу лист!
Лисёнок посмотрел на свой нос. Лист всё ещё висел. Он стряхнул его лапой. И засмеялся тоже. Сначала чуть-чуть, а потом во весь голос. Они смеялись вдвоём, и у мамы трясся хвост.
— Пойдём листья таскать, — сказала мама. — А то уже темнеет.
Она набрала большую охапку листьев. Лисёнок взял в зубы один лист. И они пошли к норе рядом.
У входа мама обернулась и тихо сказала:
— Знаешь, а это будет наша тайна. Как ты сидел в листьях и терпел, чтобы меня напугать. Только если снова спрячешься — прибегай, когда я зову, ладно?
— Ладно, — сказал лисёнок.
И понёс свой лист в нору. Лист был сухой и лёгкий. Но зато его. И мама шла рядом.
